Резонанс
Лучшее
Обсуждаемое
-
-
+8
+
+

Революция и Некто

Опубликовано:  25.12.2017 - 20:48
Классификация:  Москва  Россия 

Странное чувство оставляет эта выставка. 1917 – дата в истории человечества грандиозная, соответственно от крупнейшей галереи страны ожидаешь чего-то ей соответствующего, а выходишь, мягко говоря, с чувством удивления. Выставку готовили три года, и хотя львиная доля экспонатов из Третьяковской галереи и Русского музея, но  есть и из других музеев страны, из заграничных, из частных коллекций. Уникальная возможность увидеть произведения может, один раз в жизни.

  Удивление  началось у меня уже на подходе к Дому художника. Ни очереди, ни вообще какого- либо оживлённого движения ко входу. А ведь как анонсировали! Спонсор ВТБ ролик запустил в интернете с супрематической коровой и старухой-крестьянкой похожей на модель Бориса Григорьев с выставки. Я даже засомневалась, может, не так поняла, и выставка в Лаврушинском. Но нет, всё оказалось правильно, по адресу попала.

 Поднялась по лестнице, взяла буклетик, весьма скромный, гармошечкой, развернуть - чуть больше листа А-4.

На обложке – фрагмент «Полдня» Петрова-Водкина написанного в 1917 году. 

 

В буклетике тема выставки обозначена так : «Искусство перед неизвестной реальностью». Название – «Некто 1917» почерпнуто у Владимира Хлебникова из сборника 1912 года. (в этом же году Кузьма Петров-Водкин написал свою знаменитую картину «Купание красного коня», а Павел Филонов годом позже– «Пир королей»).

0 Организаторы объясняют, что они не рассматривают события 1917 года, как предысторию советского искусства, неизбежность последующих событий.  Они хотят показать картину во всей её сложности. Где-то была революция, а художники были заняты творческими поисками и ещё толком не вникли в происходящее, а тем более, ни в чём не участвовали. Этакие небожители сидящие на горе, уже всё наперёд знающие и беспристрастные. Так ли это?

Выставка разделена на блоки.  Первый – «Мифы о народе».  Почему мифы? И почему  начинают показывать этот народ глазами Бориса Григорьев с его большим полотном «Лики России» написанном в 1921 году в эмиграции. Причём здесь 1917 ? Впрочем, один персонаж  из семнадцатого года туда перекочевал – «Старуха-молочница» . Жёсткие, туповатые или себе на уме лица. Наверное, западному рынку толстосумов важна была именно такая Россия. Григорьев, очень талантливый, но с внутренним надломом, там имел успех. На выставке его произведений больше всех, в том числе из цикла «Расея» о разрушительном смысле которого говорил Блок. Там мир проституток, воров, бандитов.

Для григорьевских дегенератов место нашлось, и немалое, а ведь в это время Архипов писал своих великолепных крестьянок. Почему бы было не показать его «Крестьянскую девушку»  из новгородского музея написанную в 1917 году ?

На очень красивом , большом полотне  Владимира Кузнецова «Божьи люди» (Чёрные вороны) -холодные, замкнутые, с поджатыми в ниточку губами, лица . Даже на красивом лице большеглазой девочки  кривится рот, а в глазах нет  ребячьей живости. Семейство из старообрядческой секты. Душевное нездоровье. Таких на Руси было немного. Слепая вера уродует , религиозный фанатизм – тупик.  Публику эту Кузнецов знал до тонкости, у него жена была из старообрядцев.  Его работы высоко ценились ещё со студенческих лет, он много и плодотворно работал после революции, которую принял безоговорочно.

А вот и противоположность. У тёплой, милой Зинаиды Серебряковой мифов о крестьянах нет. Она любила свои модели из крестьян .много писала их  и  это  отношение прямо-таки лучится с её полотен – «Спящая крестьянка», «Беление холста». И у К.С.Петрова-Водкина  в его «Полдне»- гармония, умиротворение , мягкая цветовая гамма, полный цикл человеческой жизни – младенчество, материнство, труд. Даже смерть  не мрачна, а спокойна и закономерна с её немногочисленной процессией.

Почему-то в этом разделе большая работа Нестерова, писаная в 1914 -16 годах – «На Руси» - самое большое полотно на выставке. Как идея православно-смиренного народа? Работу эту Нестеров не выставлял, после  революции от темы этой отошёл, писал  великолепные портреты современников.

 В другом разделе выставки - «Лики эпохи» есть его портрет архиепископа Антония (Храповицкого), основателя «Союза русского народа», ратовавшего за всевластие церкви, предлагавшего гетману Скоропадскому, установившему жуткий режим с погромами на Украине в гражданскую войну , помазание в цари украинские. В эмиграции Антоний организовал  реакционнейшую Русскую православную церковь за рубежом, твердил, что за советской властью стоят евреи. Яркий персонаж  «святой» дореволюционной Руси. Ну что с него взять, с представителя своего класса – помещиков-землевладельцев. Гремучая смесь церковной учёности и монархизма.

В этом разделе «ликов»  подбор тоже очень своеобразный -  два Керенских – Бродского и Репина, надо сказать, весьма нелицеприятных ; Феликс Юсупов, писаный, судя по всему, с фотографии, пара светских портретов дам Бродского, женщина-вамп, кубистический портрет Горького Веры Хлебниковой, бурлюковский портрет  друга-поэта в нимбе, сомовский портрет его интимного друга Лукьянова, отрешённые от мира сего нестеровские  философы  Флоренскийй с Булгаковым, чьи труды в основном интересны  сейчас только специалистам, составленный из чёрно-белых сегментов портрет Рериха работы Григорьева…

Зачем нужно было выделять  отдельную малую резервацию «Шагал и еврейский вопрос» непонятно. Разве что с целью провокации. Шагал, выросший в Витебске, всю жизнь прожил во Франции,  не считая небольшого вынужденного  пятилетнего периода , когда заехал домой и вторая мировая война и революция случайно задержали его на родине. Художник прославленный, благополучнейший, гражданин Франции.  Конечно, в его творчестве присутствовали национальные мотивы. Мы все родом из детства. Но какой вопрос?

  Художники – евреи неплохо представлены  и в других разделах выставки. Шагал здесь периода самого романтического – влюблённости в  его прекрасную Беллу, а здесь не обойтись без полёта влюблённых над городом, без венчания. Есть три светлые милые работы – «Вид в сад», «Интерьер с цветами» и «Еврейское кладбище» из Центра Помпиду.

Остальные художники  – по одной работе. Обидно, учитывая, какие это мастера : Альтман – с его великолепным хрестоматийным   бронзовым автопортретом, где он отдаёт дань кубизму; Фальк – с автопортретом ( в другом разделе есть его натюрморт); Рыбак с «Синагогой» из израильского музея. ; Амшей Нюренберг  с «Портретом старухи».

 Вроде бы все в теме – устроители выставки в основном показывают работы милых их сердцу авангардистов, много сделавших для еврейской культуры на идиш (кстати с сионистами не дружили),  но в чем-то провинились. Еще бы! Альтман, Бродский ( в другом разделе с дореволюционными, довольно салонными женскими портретами), Штеленберг ( тоже в другом разделе с натюрмортами), Фальк, Нюренберг с восторгом приняв советскую власть, остались в Советском Союзе . И – о ужас! – активно стали её поддерживать и трудится на благо. Нюренберг был первым комиссаром искусств в Одессе , Альтман и Бродский оставили великолепные прижизненные изображения вождей. Бродский титаничекий труд проделал по  изображению участников съезда Коминтерна. На четвёрном этаже в постоянной экспозиции висят его известнейший портрет Ленина в рабочем кабинете и  небольшое , залитое золотым светом, с красными флагами  и фигурой выступающего Ленина посередине полотно,   изображающее съезд Коминтерна.  Жаль, что на прошедшей пару лет назад ленинской выставке в Историческом музее  должным образом не показали большую картину на ту же тему – притулили в закутке.

Альтман, прожив в Париже, этой мечте и Мекке наших эмигрантов, 8 лет, в 1935 году вернулся на Родину с женой – дочерью  известного чиновника Синода ( !) и, представляете, никак не пострадал, а в полной мере реализовал себя творчески. Ну как  такое простить нынешним демократам !

После затянувшейся на девять лет командировки вернулся из Франции в СССР в 1937 (!) году Роберт Фальк. Он хотел, чтобы его работы были в музеях на родине.

Уж коли кураторы не совсем чётко  придерживаются хронологии, можно было бы показать  отличный плакат 1919 года  Эля Лисицкого «Красным клином бей белых». Сейчас открылась в Третьяковке выставка этого замечательного архитектора и художника.

Как я уже говорила, авангард – конёк устроителей.  В самом начале выставки есть несколько полотен Кандинского, но это ещё не чисто абстрактные изыски. Небольшой раздел с работами Поповой, Малевича,Розановой, Клюна, Экстер и других называется «Утопия нового мира». Тогда процветали всякие «измы», теории, формальные искания. Что -то современное искусство взяло на вооружение, что-то маргинально существует. На выставках обычно большинство посетителей  проходит мимо, если  только экскурсовод не задержит. На этой тоже.

В разделе «Город и горожане» запоминается «Беженка» Древина. Написана она была в 1915 году , когда сам художник бежал из Латвии. Лаконичное полотно, невидящие щели глаз. Пусто, голо. Человек лишился абсолютно всего. Нет здесь отрешённости и созерцательности автора. Как же это современно звучит сейчас, когда миллионы её собратьев гонят по миру бедствия войны и природные катастрофы, зачастую виной которым человеческая жадность, безумная страсть к наживе торжествующего капитализма.

Есть здесь пейзажи , натюрморты  Кустодиева, Шевченко ( «Прачки», видимо, из запасников  Третьяковки ). Здесь всё скупо, аскетично. На натюрморте Штеренберга на коричневой столешнице в серой невесомости –  две селёдки  – одна серьёзная, а друга улыбается.

В разделе «Прочь от этой реальности»  с пейзажами, интерьерами, лунной дорожкой в Алупке, кураторы пытаются убедить нас, что художникам мало дела было до того ,что творилось за стенами мастерских, явно передёргивая. Действительно, таким как Жуковский или Виноградов  и иже с ними ,возможно, так и было. Кому-то не было времени  заниматься творчеством – нужно было защищать Советскую власть, как одному из лучших иллюстраторов прошлого века Н.В.Кузьмину, чья выставка к 125-леию со дня рождения прошла в прошлом году. Он ушёл в 1914 году  в царскую армию в Первую мировую войну, а с 1917 года до 1923 года воевал в Красной армии.

Фёдору Богородскому тоже пришлось с творчеством повременить  по той же причине – и по морской части послужил, и по авиационной, и в 1918 году  командовал красноармейским отрядом по борьбе с контрреволюцией. Интересные  тогда повороты в биографиях были. А нам всё про  тихие заводи  мастерских, салонов, артистических кафе…  

Забыться, уйти, спрятаться – категория  людей очень большая, но жизнь рано или поздно достанет, ворвётся и тогда или она распорядится или самим приходится принимать решение. И сейчас обыватель прячется в  скорлупу, экономно сокращая до минимума мыслительный процесс, безумно боясь перемен. Но почему великолепная А.Остроумова-Лебедева представлена на выставке «Иитерьером с собакой»,а не «Похоронами жертв революции» и «Демонстрацией 18 апреля 1917 года» ? Эта дочь сенатора  писала  : «…слиться с людским потоком, пережить те же чувства радости и надежды на светлое будущее, как и весь народ».

 Павел Кузнецов с красивой,  декоративной композицией. Но ведь он горячо принял революцию, с головой окунулся в работу художественно-просветительской комиссии, как и А.Бенуа, и Машков, и Кончаловский.  Кузнецов писал :»Только Великая Октябрьская революция вывела искусство на широкую дорогу».

Ленин и его соратники , а до них революционеры – народники будучи людьми высококультурными, блестяще образованными, хотели поднять народ до своего уровня. Те, что пришли с Ельцыным, поставили целью опустить  народ до себя – до беспросветной серости  и полуобразованства. Здесь все средства хороши – от грубого наката попсы, мата, на котором «дорогие россияне» уже не только разговаривают, но и думают, болтовни псевдо-интеллектуалов, до лукавых выставок и лживых киноподелок.

Ну зачем было подставлять старика Репина, отрезанного от революционной России в ставшей финской Куоккале, которому окружение подсовывало безобразную дезу, с хамским карикатурным полотном «Большевики». Его-то и в запаснике держать стыдно. Тем более, что потом были другие отношения, другие работы.

Последний раздел – «Эпилог». Наши  панзусские сивиллы  подали здесь хрестоматийного «Большевик» Кустодиева , «Петроградскую мадонну» Петрова-Водкина и «Другую планету» Юона с намёком на другую трактовку, отличную от принятой – естественно, с негативом . Когда я услышала, как экскурсовод толкует юным слушателям о том, что флаг «Большевика» похож на реку крови и наступает он на церквушку на его пути и что это напоминает его предыдущий рисунок также шагающей смерти с косой, у меня уши трубочкой свернулись. Рисунок-то из журнала «Жупел» 1906 года, протестный против кровавых расправ царского правительства в Первую русскую революции. Там Смерть бежит хищно оскалившись с косой наперевес, по телам убитых царскими карателями людей Кстати, журнал из-за него закрыли.

Оказалось, что изыски экскурсовода  не сами по себе возникли. Директор Третьяковки З.Трегулова  в интервью  тоже об этом говорила. Она утверждает, что устроители «сделали выставку, чтобы представить достаточно полную картину того, что происходило в искусстве в 1917 году…Борис Григорьев  вглядывался в народ работая над «Ликами России», которые прочитываются как «подтекст» революции… нам удалось увидеть этого некто не идя на поводу у своих художественных предпочтений». Что-то с трудом верится.

Культурный  министр Мединский сразу увидел главное : «…сейчас в год столетия Октября , глядя на эти картины, где нет стачек, забастовок, перестрелок, мы понимаем, как на самом деле эти события представлялись современникам..». Он с удовлетворением рекомендовал посетить выставку.

  Куратор выставки И.Вакар ( специалист по авангарду), сравнила революцию с плохой погодой, которую люди творческие хотели пережить.

Прочитав это, я поняла, почему на великолепной выставке Серова обошли его работы 1905 года. А ведь Трегулова определяет его как лучшего художника. И почему-то забывает, что Валентин Александрович ещё был настоящим русским интеллигентом и гражданином, с обострённым чувством справедливости, с совершенно определённым отношением к  той власти (я думаю, нынешнюю он тоже оценил бы по достоинству).

Выставка вполне в правительственном русле с его неустанными усилиями выхолостить  смысл, принизить всемирное историческое значение Великого Октября, убить у народа память  и гордость за величайшее событие в истории человечества.

 Как сказал министр культуры Мединский :«Под её (Трегуловой) руководством «РОСИЗО» станет эффективным органом, который реализует государственную выставочную политику».


Зритель! Будь бдителен!

Нина Нечаева

Добавить комментарий (всего 0)