Резонанс
Лучшее
Обсуждаемое
-
-
+3
+
+

Эрозия демократии в Южной Корее: роспуск Объединенной Прогрессивной Партии и арест депутата Ли Сок Ки

Опубликовано:  11.01.2015 - 04:47
Корреспондент:  Ирина Маленко
Классификация:  Южная Корея 

19 декабря 2014 Конституционный суд Южной Кореи объявил беспрецедентное решение распустить оппозиционную Объединенную Прогрессивную Партию и исключить из числа депутатов всех пятерых ее представителей в Национальном собрании.

Судебное решение было вынесено в ответ на прошение, поданное правительством Пак Гын Хе в ноябре 2013, распустить партию, основанное на утверждениях, что партия "выполняла приказы из Северной Кореи с целью свергнуть южнокорейские власти путем насильственной революции". Правительство подало прошение спустя два месяца после того, как был арестован депутат от ОПП в Национальном собрании, Ли Сок Ки, который в настоящее время находится за решеткой по обвинению в "подстрекательстве к восстанию и нарушении Закона о Национальной Безопасности (NSL)".

Это первый раз с 1988 года, когда Конституционный Суд Южной Кореи выносит решение о роспуске политической партии. Сторонники демократии заявляют, что решение суда создаст опасный и недемократический прецедент для государственных репрессий против других прогрессивных партий, организаций гражданского общества, и возможно, даже отдельных граждан.

Согласно южнокорейскому известному интеллектуалу и давнему активисту движения за воссоединение страны Кан Юн Ку, "ОПП была единственной политической партией, полностью защищающей не только демократию, но также и основные ценности мира, воссоединения и социальной справедливости". Кан далее заявил, что роспуск ОПП "не только разрушит демократию, но также и подорвет мир, воссоединение и социальную справедливость".(1)

Действительно, речь идет не только о простом поиске повода для роспуска ОПП, нынешняя южнокорейская администрация, под покрытием "проблем национальной безопасности из-за коммунизма и Севера" нацелена на то, чтобы гораздо шире лишать законного статуса все прогрессивные элементы и все ценности, которые она считает направленными против ее власти. То, что происходит в данный момент в Южной Корее - это эрозия самой демократии, за которую исторически боролись южные корейцы и которую они продолжают защищать.

Кампания Пак Гын Хе против Ли Сок Ки и ОПП

28 августа 2013 Национальная Разведывательная Служба (NIS) Южной Кореи по воле президента Пак Кын Хе совершила налёт на дома и офисы десяти членов оппозиционной Объединенной Прогрессивной Партии (ОПП), включая депутата Ли Сок Ки.

Ли был задержан и обвинен по уголовному делу об организации заговора в целях подстрекательства к вооруженному восстанию, а также за "обладание материалами, хвалящими врага и помогающими врагу", в нарушении Закона о Национальной безопасности. Шесть других членов ОПП были обвинены по подобным статьям.(2)

Служба безопасности базировала свои обвинения на речи, произнесенной Ли на митинге в мае 2013 года, который, по ее утверждениям, был секретным сбором тайной подрывной организации, готовящей ниспровержение правительства.

Прежде чем они могли защитить себя в государственном суде, Ли и его коллеги уже стали мишенью падкого на сенсации "суда", организованного проправительственными СМИ, которые распространили нефильтрованные утечки из следственного дела и неофициальные утверждения, размещая их на первой полосе газет в течении более месяца. Предполагаемые связи Ли с Северной Кореей появились в качестве заголовков в газетах даже как раз когда это обвинение в конечном счете сняла с него сама Служба безопасности в последующем суде - из-за отсутствия доказательств.

Огромное множество сил было брошено на то, чтобы выстроить в суде линию против Ли, включая правящие и главные оппозиционные партии, которые объединились в единой цели, приняв меры, которые по сути имели тот эффект, что Ли был признан виновным еще до решения суда. Национальное собрание при полном сотрудничестве со стороны главной оппозиционной партии, Нового Союза Политики за Демократию (NPAD), лишило Ли неприкосновенности и одобрило решение для его ареста (3) 6 сентября 2014, правящая партия Сэнури спонсировала закон, чтобы лишить Ли места в Национальном собрании.

5 ноября 2013 правительство Пак Гын Хе выступило с подстрекательскими обвинениями в том, что Ли и другие участники ОПП были частью "тайной подрывной организации со связями с Северной Кореей" под названием РО, или “Революционной организации”, проникшей в ряды ОПП, чтобы спровоцировать восстание, и подало формальное прошение о том, чтобы Конституционный суд распустил ОПП. Как ни странно, его главным аргументом был то, что платформа ОПП и ее действия нарушили демократические принципы конституции Южной Кореи. Администрация Пак также призвала к лишению депутатского статуса участников ОПП, в то время являвшихся депутатами Национальной собрании.

Критики безжалостных маневров администрации Пак с целью заставить ОПП замолчать замечают, что “дело о заговоре мятежа Ли Сок Ки” имеет все атрибуты политической репрессии и в этом отношении напоминает авторитаризм периода военной диктатуры. Они добавляют, что отказ противостоять нападкам правительства на Ли и его сторонников сигнализирует не только о серьезном поражении демократического прогресса, но также и о вещах более зловещих - о возвращении к политике страха, которая управляла Южной Кореей только несколько десятилетий назад, когда правительственная слежка и незаконные аресты граждан были обычным делом (слежка никуда не исчезала в Южной Корее все эти годы – практически на любом массовом мероприятии в Южной Корее обязательно присутствует "стукач" в штатском. По словам моего знакомого южного корейца, как правило, это самый вежливый человек в аудитории, который, например, после лекции еще и подходит к лектору и благодарит его – прим. переводчика)

Скандал с Национальной Разведывательной Службой (NIS) 2013 года

Как указали критики, арест Ли Сок Ки, из которого делают сенсацию, был рассчитан на то, чтобы отвести повышающееся общественное внимание как можно дальше от Службы безопасности после того, как на свет всплыло его центральное участие в управлении общественным мнением во время президентских выборов 2012 года - с тем, чтобы повернуть его против кандидатов от оппозиции и таким образом, в пользу кандидатуры Пак Гын Хе. В поддержку такого мнения служит тот факт, что Ли был арестован в сентябре 2013 - спустя четыре месяца после открытия предполагаемого заговора, но как раз тогда, когда Служба отчаянно стремилась отвести внимание общественности от своего собственного скандала.

В течение 2013 года Служба столкнулась с растущей общественной критикой за ее роль в незаконном вмешательстве в президентские выборы 2012 года. Бывший Руководитель Службы Вон Сей Ун, заказавший кампанию по распространению дезинформации онлайн против кандидатов от оппозиции, был обвинен в июне 2013 года во вмешательстве в президентские выборы 2012 года (4) В январе 2014 он был признан виновным во взяточничестве и получил двухлетний тюремный срок (5).

С самого ее основания Служба, ранее известная как Корейское Центральное Разведывательное Управление (KCIA) и Агентство национальной безопасности, вмешивалась непосредственно и косвенно в южнокорейскую политику и гражданское общество. Консервативный бывший президент Ли Мён Бак усилил Службу, восстановив ее функции антикоммунистического расследования и наблюдения и назначив Вона - своего доверенного человека - ее начальником в 2009. В этой должности Вон активно поощрял манипуляцию общественного мнения в пользу правящей партии.

Незадолго до президентских выборов 2012 года агенты службы, используя псевдонимы, опубликовали 5333 комментария онлайн на 15 социальных веб-сайтах. Генеральная прокуратура определила 1,704 из этих комментариев как акт “политического участия” и 73 комментария - как прямое вмешательство в ход выборов (7). Это расследование также показало, что агенты Службы использовали автоматизированную программу, чтобы делать ретвиты миллионов комментариев о выборах (8). В течение лета 2013 года, поскольку общественность узнала о степени вмешательства Службы в выборы, ОПП была в центре деятельности протестов, подвергающих сомнению законность президентства Пак Гын Хе. Другими словами, сложилась такая ситуация, в которой сведения о проступках Службы значительно разрушили общественное доверие к президенту Пак, и ее правительство, спасая ее престиж, сочло целесообразным арестовывать Ли и других членов ОПП.

Таким образом, перемещая внимание с роли Службы в махинациях против демократии к ее воображаемой функции "охраны демократии против коммунистического проникновения", суд над Ли Сок Ки и другими участниками ОПП стал первым "судом о заговоре с целью мятежа", начиная с первых демократических выборов Южной Кореи в 1987 году.

Суд над Ли Сок Ки и другими участниками ОПП

Государственное обвинение против Ли и других участников ОПП полагалось исключительно на две связанные части доказательств - свидетельство правительственного осведомителя и расшифровку стенограммы его аудиозаписи той спорной встречи мая 2013.

Во время первого суда, однако, защита заметила и Служба была вынуждена признать, что значительная часть оригинальной аудио расшифровки стенограммы была полна ошибок - конкретно в ней было 272 ошибки. “Ошибки” в расшифровке стенограммы Службой речи Ли Сок Ки, показывают образец манипуляции и искажения, которые сами требуют тщательного исследования. Действительно, транскрипция Службы существенно изменила значение оригинальных фраз, "найдя" в них радикализм , который далеко превосходил саму речь: например, “пропаганда” была искажена в “священную войну”, а “католическая Святыня Мучеников Жеодусан” была зловеще предоставлена как “святыня для решающей войны”. Точно так же “определенная подготовка” интерпретировалась как “военная подготовка”, “Давайте готовиться определенно” - как “Давайте готовиться к войне”, а “Нам надо быть решительными”, превратилось в “нам надо готовиться к решающей войне”.

Несмотря на такие несоответствия, Окружной суд Сувона признал Ли виновным по всем пунктам, приговорив его к 12 годам тюремного заключения. Это решение было частично отменено в августе 2014, когда Сеульский суд высшей инстанции оправдал Ли Сок Ки и его сторонников, сняв с них самое зловещее и самое спорное обвинение - в организации заговора с целью свергнуть правительство.

Сеульский суд высшей инстанции не нашел доказательств, что присутствовавшие на встрече в мае 2013 достигли согласия выполнить конкретный план действий, и тем более что они делали приготовления к насилию - как до, так и после этой встречи. Суд не нашел никаких доказательств в подтверждение утверждения правительства, что Ли и другие члены ОПП принадлежали к тайной подрывной организации, готовя государственный переворот. Кроме того он отклонил свидетельство главного правительственного свидетеля как простое предположение, не поддержанное доказательствами.

Ли и его сторонники все еще остаются за решеткой, однако, теперь уже по меньшему обвинению – в подстрекательстве к восстанию и нарушении Закона о национальной безопасности. Это впервые в южнокорейской истории, что обвинение о “подстрекательстве восстания” дошло до суда. Дело находится теперь в руках Верховного Суда страны, который намеревается объявить окончательное решение по нему в январе 2015.

Роспуск ОПП

Обвинение по просьбе Пак Гын Хе заявило, что Ли и другие члены ОПП входили в некую "РO", Министерство юстиции утверждало, что 80-90% так называемых участников "РO" были членами ОПП и что "РO" была непосредственно вовлечена в принятие решений самой Партии. ОПП, - настаивали обвинители, - была политической партией в распоряжении Северной Кореи, а целью ее было "ниспровергнуть южнокорейское государство путем насильственной революции".

Несмотря на решение Сеульского суда высшей инстанции суда о том, что прокуратура не доказала, что у ОПП было какое-либо намерение использовать силу для свержения правительства или, что у нее была какая бы то ни было связь с Северной Кореей – то-что, таким образом, лишило законной силы основания для прошения правительства о роспуске ОПП - Конституционный суд 19 декабря 2014 принял решение (8 за, 1 против) в пользу роспуска этой Партии. Большинство Конституционного суда придралось “к прогрессивной демократии”, как она выражена в программе ОПП, и постановило, что такая "прогрессивная демократия" совпадает с целью Северной Кореи: разжиганием революции на Юге. Суд также поддержал обвинение правительства, что ОПП стремилась силой установить социалистическое правительство (12).

Единственным, кто в открытую выступил против этих обвинений в суде, был судья Ким И Су, который написал: “Обвиняемый - политическая партия, в которой одних только платящих взносы членов - 30000. В процессе различения политической ориентации большинства ее членов не нужно расценивать ориентацию незначительного меньшинства как отражение политических взглядов всего членства”. Ким добавил: "Трудно отрицать, что именно прогрессивная политика, предложенная обвиняемым - бывшей так называемой Демократической Лейбористской Партией- как раз и привела ко многим позитивным изменениям в нашем обществе" и предупредил, что роспуск Партии, основанный на действиях небольшого числа ее членов, будет иметь эффект заклеймления всех 100000 ее членов как состоявших в рядах преступной партии. Напоминая о роспуске Коммунистической партии западногерманским Конституционным судом в 1956, он выдвинул на первый план недемократические последствия такого безжалостного действия, Ким заявил: “После роспуска немецкой коммунистической партии 12500 ее членов были подвергнуты расследованию, 6000-7000 получили судимость и в процессе были уволены или иным способом ограничены в правах в своей общественной жизни”. Он далее предупредил: “Нет никакой гарантии, что подобное решение не приведет к подобным результатам в нашем обществе”. (13)

Последствия решения

Немедленно после решения Конституционного суда правительство Пак Кын Хе объявило, что любые протесты ОПП против решения суда будут незаконны (14). Генеральный прокурор начал уголовное расследование, основанное на обвинениях, поданных правыми группами, против всех членов ОПП, включая Ли Юн Хи, соперницу Пак Гын Хе на президентских выборах 2012 года, за нарушение Закона о Национальной безопасности (15) Правая группа, называющая себя "Молодежная Лига Свободы" подала прошение Центральной Комиссии по Выборам, чтобы потребовать опубликование фамилий всех членов ОПП. “Причина, почему мы требуем опубликования фамилий, состоит в том, чтобы гарантировать, что в интересах национальной безопасности среди членов ОПП нет никаких государственных служащих,”- объяснил представитель группы на пресс-конференции 24 декабря 2014.

Лишенные депутатского статуса представители ОПП в Национальном Собрании

Правительство Пак и правящая партия "Сэнури" кажутся полными решимости покончить с политической карьерой всех бывших представителей ОПП в Национальном собрании, которые обратились к Конституционному суду. 26 декабря 2014 Сеулский Центральный Окружной прокурор вызвал в суд бывших представителей ОПП Ли Сан Кю и Ким Ми Хи для допроса, основанного на утверждениях, что они получали средства для избирательной кампании из Северной Кореи во время местных и всеобщих выборов 1995-96 годов. (17) Это утверждение было сделано во время слушаний Конституционного суда Ким Ян Хваном - бывшим активистом борьбы за демократию, превратившимся теперь в крайне правого активного борца "за права человека", члена Сети для северокорейской Демократии и Прав человека. Депутаты Ли и Ким подали в суд контробвинения против Ким Ян Хвана – в клевете.

Бывший депутат от ОПП О Пхен Юн предстанет перед уголовным судом в январе 2015 в Сеульском Центральном Окружном суде из-за его предполагаемой роли во вмешательстве, затруднившем арест рабочих лидеров во время забастовки рабочих железной дороги против приватизации в декабре 2012 – трудового конфликта, который вызвал широкую международную солидарность. Суд также выпустил ордер на арест бывших депутатов от ОПП Ким Ми Хи и Ким Джэ Ена, оштрафовав на 3000$ каждого их них за то же самое нарушение (18), И, нанося заключительный смертельный удар, партия "Сэнури" заявила, что она подготовит закон, чтобы запретить участие лишенных статуса депутатов ОПП в любых политических выборах в течение последующих десяти лет (19)

Директор по исследовательской работе Международной Амнистии в Восточной Азии, Росинн Райф, заявил, что решение “поднимает серьезные вопросы относительно приверженности властей свободе слова и ассоциаций”, добавляя: "пространство для свободы выражения значительно уменьшилось в Южной Корее в последние годы. Власти используют Службу безопасности, чтобы подавить инакомыслие и преследовать людей с оппозиционными политическими взглядами". (20)

Как арест Ли Сок Ки, который превратили в сенсацию и который был рассчитан на то, чтобы прикрыть последствия незаконного вмешательства Службы Безопасности в президентские выборы 2012 года, а в ноябрь 2013 - правительства, регистрация прошения по роспуску ОПП и недавнее решение Конституционного суда кажутся отлично рассчитанными на то, чтобы подальше отвести внимание от главных кризисов, стоящих перед администрацией Пак. Когда рейтинг одобрения Пак упал осенью 2013 года после ее отказа реализовать ключевые обещания своей предвыборной кампании - относительно пенсий и расходов на обучение в колледже,- ее Министр юстиции, до некоторой степени, преуспел в том, чтобы отвлечь внимание общественности, подав прошение против ОПП в Конституционный Суд. (21) В прошлом месяце Пак угодила в очередной кризис - после того, как утечки информации обнажили борьбу за власть среди неофициальной группы людей, включая ее собственного брата, который тайно закулисно манипулировал ее администрацией. (22). Решение Конституционного суда 19 декабря помогло сместить центр общественного внимания с резкого понижения рейтинга Пара (а он снизился до небывалого уровня - 37%. (23)

Мы могли бы напомнить, что в последний раз южнокорейское правительство распустило оппозиционную партию во время диктатуры Ли Сын Мана, когда Ли обвинил своего политического противника, Чо Бон Ама, в шпионаже, и устранил Прогрессивную Партию (24), Чо был казнен в следующем году, и сам Ли был свергнут вскоре после восстания 19 апреля 1960.

В связи с восстанием 1960 года южнокорейская конституция была пересмотрена, чтобы включать в нее Статью 8 Главы I, которая была призвала защитить оппозиционные партии меньшинства от правительственного подавления. Статья 8 гарантирует свободу основывать политические партии и обрисовывает в общих чертах правовой механизм для роспуска партий, если их действия представят ясную и немедленную угрозу конституции (25). Прошение правительства Пак Гын Хе против ОПП было первым применением этого механизма, начиная с появления Статьи 8 в 1960 г. Поэтому решение Конституционного суда в этом случае создает зловещий прецедент для всех оппозиционных партий в будущем.

Наследство холодной войны - глушение политической оппозиции

У Южной Кореи есть долгая история антикоммунистической риторики, используемой, чтобы расправиться с прогрессивной политической оппозицией, обвиняя ее в том, что она является "просеверокорейской" или северокорейскими агентами.

Накануне Корейской войны, в 1948-49 годах, под предлогом устранения “внутренних врагов”, южнокорейское правительство провело кампанию выжженной земли, убив приблизительно 30,000 человек, включая женщин, детей и пожилых людей, на острове Чеджудо ; летом 1950 года на ранних стадиях войны, оно истребило приблизительно 100-200 тысяч в резне Лиги Бодо; и в ходе войны было убито более миллиона человек, многие из которых были невинными гражданскими лицами, уничтоженными потому, что у них были “коммунистические тенденции”.(26)

Пак Чжон Хи, отец действующего президента Пак Гын Хе, управлял страной военной силой в течение 18 лет с 1961 до 1979 и создал обширный аппарат разведки, прежде всего нацеленный на глушение инакомыслия и устранение политических противников.

Возможно самой известной жертвой такой насильственной политики был бывший президент Ким Дэ Чжун, похищенный предшественником Службы безопасности -, Корейским Центральным Разведывательным Управлением (KCIA), и обвиненный в заговоре и мятеже. В 1973, в драматическом инциденте, похожем на фильм, KCIA похитило Ким Дэ Чжуна, крупного политического соперника и самого красноречивого критика тогдашнего президента Пак Чжон Хи. Ким с трудом избежал смерти после того, как они выбросили его, ослепленного, в море, где он, возможно, разделил бы судьбу бесчисленных других, которые тихо исчезли в результате действий KCIA, если бы не был обнаружен в последний момент японской морской охраной. (27),

Преемник Пак Чжон Хи, Чон Ду Хван, который, как и его предшественник, захватил власть путем военного переворота, арестовал Ким Дэ Чжуна за его роль во время восстания в Кванджу в 1980 и обвинил его в заговоре с целью подготовки восстания. Приговоренный к смерти, он избежал исполнения приговора лишь из-за внимания международного сообщества и призывов к его освобождению со стороны продемократических сил. (28). Кима реабилитировали 25 лет спустя в пересмотре судебных дел, и позже он стал президентом Южной Кореи и получил Нобелевскую премию мира за его роли в переходе страны к демократии.

Сегодня у южнокорейских судов большая судебная независимость. Судьи больше не штрафуются за принятие решений, неприятных правящей администрации, как это было обычным во времена военной диктатуры в Южной Корее. Но Южная Корея все еще находится в тени Закона о национальной безопасности, которая часто используется, чтобы наказать политических противников, включая тех, кто просто агитирует за социальный прогресс и демократические права.

Принятый 1 декабря 1948 правительством Ли Сын Мана, чтобы сокрушить антиправительственные силы, Закон о национальной безопасности дал новую жизнь позорному закону об Обслуживании Общественного порядка, установленному японскими властями в течение эры японского колониального господства на Корейском полуострове (29) Режим Ли применял этот закон, чтобы арестовывать, задерживать, и даже казнить тысячи оппозиционеров и распустить общественные организации и политические партии. Последующие военные диктаторы, Пак Чжон Хи и Чон Ду Хвана, также использовали Закон о национальной безопасности для фабрикации бесчисленных "шпионских дел", чтобы подавить оппозиционные партии.(27)

Даже после того, как военные диктатуры в Южной Корее сменились демократией, Закон о национальной безопасности продолжает использоваться в качестве инструмента для подавления прогрессивных голосов. Есть широкий спектр действий, за которые, согласно закону, можно подвергнуть человека или организацию наказанию. Статья 7 закона делает все действия, которые симпатизируют, хвалят, поощряют и/или "продвигают дело" Северной Кореи, наказуемыми тюремным заключением до 7 лет. Просто даже обладание материалами, которые можно рассмотреть, как “приносящие пользу врагу”, также наказуемо. Большинство людей, обвиняемых в нарушении этого закона, наказано в соответствии со Статьей 7.(30)

Закон о национальной безопасности непосредственно нарушает Статью 19 Международного пакта по Правам человека, поскольку он существенно отрицает право на свободу мысли и выражения (31), поэтому Комитет по Правам человека ООН, а также масса международных организаций по правам человека неоднократно обращалась к южнокорейскому правительству с просьбой отменить Закон о национальной безопасности.

Рожденная борьбой за демократию

ОПП был наследником политических формирований, которые появились в ходе борьбы южных корейцев за демократию, а именно, Народной Победы-21 в 1987 и Демократической Лейбористской Партии (DLP), основанной в 2000 г.

После того, как южнокорейская борьба за демократию длиной в десятилетия достигла наивысшей точки в ходе народного восстания в июне 1987, таким образом наконец положив конец военным диктатурам, поддерживаемым США, основные силы в борьбе за демократию, профсоюзы и организации общественного движения объединились, в Народную Победу-21. Имея своего собственного кандидата на президентских выборах 1987 года, Народная Победа-21 стала фундаментом для учреждения Демократической Лейбористской партии, которая в 2004 году получила 13% голосов и десять мест в Национальном собрании и стала третьей по величине политической партией в Южной Корее (31).

Перед всеобщими выборами 2012 года ДЛП стремилась объединить все оппозиционные партии в коалицию, так как это была единственная жизнеспособная стратегия с целью победить правящую консервативную партию. Но ее поспешное слияние с другими прогрессивными и либеральными силами, чтобы сформировать ОПП было непрочным с самого с начала, и в конечном счете привело к глубоким разногласиям, после которых корейские левые силы пока еще не оправились. ОПП удалось получить 10.3% общего голосования и 13 мест в Национальном собрании на всеобщих выборах 2012 года, но внутренне распри привели к выходу половины ее представителей в Национальном собрании и многих членов из партии.

Перед недавним решением Конституционного суда ОПП сохраняла пять мест Национального собрания и была партией со 100-тысячным членством, из которых 30 тыс. членов платили взносы. Называющая себя “партией для рабочих, крестьян и простых людей” была самым красноречивым противником политики Пак Гын Хе в отношении разных проблем - от приватизации социальных услуг до ее враждебной позиции по отношению к Северной Корее.

Председатель ОПП Ли Юн Хи, бывшая кандидатом на президентских выборах 2012 года, вела публичные дебаты перед выборами с Пак, передаваемые по национальному телевидению, где Ли привела в ярость Пак, называя ее отца, Пак Чжон Хи, его взятым в колониальные времена японским именем "Тэкэки Масао", чтобы напомнить общественности о его темном прошлом, когда он сотрудничал с японскими колониалистами. Многие ощущают элемент мести в нападках Пак на ОПП.

У Ли Сок Ки, самого красноречивого критика Пак и правящей партии, за плечами активное прошлое, как и у многих активистов движения за демократию его поколения. Он был студенческим активистом во время военной диктатуры Чон Ду Хвана, затем отбыл срок в тюрьме с 2002 до 2003 года за свою деятельность в объявленной незаконной Демократической Народной Партии Революции, и был в конечном счете помилован бывшим президентом Ро. Он основал политическую консалтинговую группу, которая помогла утроить число победивших на местных выборах в ДЛП в 2010 году и удвоить места в Национальном собраний для ОПП с шести до тринадцати в 2012 году. Его успех в помощи победам прогрессивных кандидатов на выборах дали ему вторую позицию в партийном списке ОПП для пропорционального представительства на выборах 2012 года. (33).

В качестве депутата Национального собрания Ли был постоянным критиком неравного союза Южной-Кореи с США и призвали к резким сокращениям южнокорейских субсидий для американских вооруженных сил в Корее (34). Когда Корея оказалась на грани войны в начале 2013, он призвал к четырехсторонним переговорам с участием обеих Корей, Китая и США (35). Ли также привел в ярость Пак Гын Хе своей ролью в провале ее назначения американского корейца и бывшего президента Bell Labs, Ким Юн Хуна на пост Министра Будущего и Науки, разоблачив его бывшую связь с ЦРУ (36).

Летом 2013 года, когда общественность начала узнавать о незаконном вмешательстве Службы безопасности в президентские выборы 2012 года, ОПП вышла на улицы, демонстрируя и организовывая протесты со свечами. Вскоре после этого, правительство Пак Гын Хе решило совершить обыски и арестовать Ли и других членов ОПП.

Продолжающаяся борьба с целью защитить демократию

Избрание представителей от Демократической Лейбористской Партии (позже названной ОПП) в Национальное собрание было объявлено признаком прогресса Южной Кореи и демократическим, благотворным принятием разнообразия точек зрения в пределах политической арены. Сегодняшний роспуск ОПП отражает отмеченное отступление от такого прогресса.

Как отметил политический критик Ноам Хомский, “Храбрая борьба корейцев за демократию была вдохновением для всего мира. Нападки на ОПП – серьезное отступление на этом пути успеха”. (37)

Решение суда сопровождалось серией осуждений трудовыми и гражданскими группами, включая Корейскую Конфедерацию Профсоюзов, Гражданскую Коалицию за экономическую справедливость, организацию "Профессора за Демократию", Корейский Союз Прогрессивных движений и Ассоциацию Писателей Кореи.

Под баннером “Круглого стола против роспуска Объединенной Прогрессивной партии и в защиту демократии” продемократические силы, которые объединились незадолго до решения Конституционного суда, провели экстренное совещание 22 декабря. “Круглый стол”, в котором участвовали ведущие интеллектуалы, избранные должностные лица, лидеры религиозных и гражданских общественных групп, а также известные международные фигуры, таких как Хомский и бывший американский генеральный прокурор Рэмси Кларк, говорят, что роспуск ОПП только укрепит в дальнейшем ее силы.

“Помните закон истории: чем больше они топчут наше желание демократии и прогресса, тем шире и быстрее это желание распространится”, - сказала председатель ОПП Ли Юн Хи в нескольких шагах от здания Конституционного суда после решения, вынесенного на прошлой неделе, добавив, "Устаревшая система национального раздела, основанная на "охоте на красных", должна рухнуть. Я уверена, что мечта о прогрессивной политике, разделяемая ОПП и народом, станет только сильнее. Наши люди поднимутся после этого горького момента и пройдут вперед”. (38)

Бывший председатель Объединенной Прогрессивной партии Ли Юнг-хи на “Похоронах Демократии” после решения Конституционного суда 19 декабря 2014.

Продемократические силы в Южной Корее клянутся бросить вызов нападкам нынешнего правительства на демократию. Они также начали международную кампанию, чтобы потребовать освобождения Ли и его соответчиков, ожидая окончательного решения Верховного Суда в январе 2015. Их борьба может стать самой важной в недавней южнокорейской истории - в защиту основных демократических принципов, за которые южнокорейцы в прошлом боролись так отважно, чтобы обеспечить их.

Хюн Ли - член Рабочей группы по Миру и Демилитаризации в Азии и Тихом океане, а также сотрудница Института Кореи по политике.

Примечания

1 Kang, Jeong-koo, Remarks at the Roundtable Meeting for the Protection of Democracy and against the Forced Dissolution of the Unified Progressive Party, November 6, 2014.

2 Kim, Hyung-Jin, “S Korea lawmaker indicted over pro-NKorea charges,“ Associated Press, September 26, 2013.

3 Kim, Hyung-Jin, “S Korea assembly votes to allow lawmaker’s arrest,” Associated Press, September 4, 2013.

4 Sam Kim, “South Korea’s ex spy chief indicted in election scandal,” Associated Press, June 14, 2013.

5 “Former spymaster gets 2-year jail term for graft,” Yonhap, January 22, 2014.

6 Lee, Kyung-mi, “NIS found to have shilled for conservatives on Twitter,” The Hankyoreh, March 11, 2014.

7 ([Gukjeongwon daetgeul susa balpyo] Gukjeongwon Simrijeondan 70yeomyeong jung 4myeong gisoyuye…nameojineun muhyeomui) [NIS Online Comments Investigation Report - Of the 70 Psychological Warfare Unit Personnel, 4 Receive Suspension of Prosecution...the Rest are Acquitted], Chosun Biz, June 15, 2013.

8 Lee, Kyung-mi, “NIS could have posted 22 million political messages online,” The Hankyoreh, December 6, 2013.

9 (“Gyeoljeongeul Naebonaeja” -> “Gyeoljeoneul Iruja”, Lee Seok-ki nokchuirok 272got yisang ‘oryu’) [“Let us decide” “Let us wage decisive war”, More than 272 ‘Errors’ in Lee Seok-ki Audio Transcript], The Hankyoreh, November 18, 2013.

10 Ibid.

11 Kim, Seon-sik, “Lawmaker Lee Seok-ki acquitted of plotting an insurrection,” The Hankyoreh, August 12, 2014.

12 (Tonghap jinbodang haesan cheonggu sageon seongo) [Pronouncement in the Case of the Petition to Dissolve the Unified Progressive Party], Constitutional Court of the Republic of Korea, December 19, 2014.

13 Ibid.

14 (Beopmubu, daegeom “Tongjindang haesangyutan jiphwe bulbeop”) [Ministry of Justice, Prosecutor General “Protest against UPP Dissolution Illegal”], Donga.com, December 19, 2014.

15 (Geomchal, Lee Jung-hee deung jinbodang insa ‘gukbobeop wiban’ hyeomui susa chaksu) [Prosecutor General Opens Investigation of Lee Jung-hee and Progressive Party Personnel on Charges of ‘NSL Violation’], Voice of People, December 21, 2014.

16 (Bosudanche, jinbodang dangwonmyeongbu gonggaedo yogu) [Right-wing group demands release of UPP membership roster], Voice of People, December 24, 2014.

17 (Geomchal, Lee Sang-kyu, Kim Mi-hee jeon tonghapjinbodang uiwon sohwan josa) [Prosecution summons former UPP Representative Lee Sang-kyu Kim Mi-hee for Questioning], The Hankyoreh, December 26, 2014.

18 (‘Cheoldo nojo chepo jeoji’ Kim Mi-hee, Kim Jae-yeon beolgeum 300man) [‘Obstruction of railroad workers union arrest’ Kim Mi-hee, Kim Jae-yeon fined 3,000,000 won], Voice of People, December 24, 2014.

19 [Saenuridang, ‘Jinbodang uiwon 10nyeongan chulma jehan’ beoban chujin] (Saenuri Party pursuing bill to prevent UPP representatives from running in elections for the next 10 years), Voice of People, December 22, 2014.

20 “South Korea: Ban on political party another sign of shrinking space for freedom of expression,” Amnesty International press release, December 19, 2014.

21 Kwanwoo Jun, “Welfare Retreat Adds to Heat on President Park,” The Wall Street Journal, September 27, 2013.

22 Choi, He-suk, “Allegations, accusations fly in probe of document leak,” The Korea Herald, December 11, 2014.

23 “Park’s approval rating hits record low: poll,” Yonhap, December 19, 2014.

24 Andrei Lankov, “Tragic end of communist-turned-politician Cho Bong-am,” Korea Times, January 9, 2011.

25 (Daehanminguk heonbeop) [Constitution of the Republic of Korea

26 Bruce Cumings. The Origins of the Korean War Volume II. Princeton University Press, 1990; Charles J. Hanley & Hyung-Jin Kim, "Korea bloodbath probe ends; US escapes much blame," Associated Press (San Diego Union Tribune), July 10, 2010.; Truth and Reconciliation, Activities of the Past Three Years, Truth and Reconciliation Commission of the Republic of Korea, March 2009.

27 Choe, Sang-hun, “Kim Dae-jung, Ex-President of S. Korea, Dies at 83,” New York Times, August 18, 2009.

28 “John Paul II's appeal saved future Korean president from death sentence,” Catholic News Agency, May 21, 2009.

29 Amnesty International, The National Security Law Curtailing Freedom of Expression and Association in the Name of Security in the Republic of Korea, 2012.

30 Ibid.

31 Ibid.

32 Park, Mi, Democracy and Social Change: A History of South Korean Student Movements, 1980-2000, Peter Lang, 2008.

33 (Teukjip, Lee Seok-ki neun nugu? Silche eopneun ‘Sumeun silse Lee Seok-ki’) [Special feature - Who is Lee Seok-ki?], Kyunghyang Weekly, May 22, 2012.

34 Lee, Seok-ki, [Bangwibi bundamgeum hyepsang, migukui i-iki anira gukmingwa gukikeul wihan hyeopsangi dweeoya] (Negotiation for defense burden-sharing needs to be in the interest of the people and the nation, not the United States), July 24, 2013.

35 Lee, Seok-ki, (4jahwedaneuro jongjeonseoneon, pyeonghwacheje ikkeureonaeya) [The need for four-party talks for declaration to end the war and peace regime], Presented in the National Assembly of South Korea, April 15, 203.

36 Gregory Elich, “Political Firestorm in South Korea,” Counterpunch, September 12, 2013.

37 Noam Chomsky, Remarks at the Roundtable Meeting for the Protection of Democracy and against the Forced Dissolution of the Unified Progressive Party, November 6, 2014.

38 (Jinbodang haesansikindago jinbojeongchiui kkum haesansikil su eopda) (Dissolution of the UPP will not dissolve the dream of progressive politics), Voice of People, December 19, 2014.

http://www.globalresearch.ca/the-erosion-of-democracy-in-south-korea-the-dissolution-of-the-unified-progressive-party-upp-and-the-incarceration-of-rep-lee-seok-ki/5421925

http://www.fourwinds10.net/siterun_data/government/foreign_policy_and_government/news.php?q=1419960687

Хюн Ли
29 декабря 2014 г. (Global Research)
Азиатско-Тихоокеанский журнал

Добавить комментарий (всего 0)